А я на нём лежала…
Jul. 20th, 2004 12:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
azbukivediПоход я помню плохо. Было мерзкопакосно мокро, ночью шёл дождь, я проснулась в луже… Нет, не своей – от дождя. Но лучше от этого не стало. Октябрь в подмосковье – это вам не весна на Капри. А кроме дождя и мокроты ничего не помню. Кроме матрасика. Зелёненький такой надувной матрасик. В сдутом виде места совсем не занимает, можно легко свернуть и в рюкзак положить. Мне мама и бабушка все уши прожужжали про опасность отморозить себе чего-нибудь на холодной земле. А я была впечатлительной девятиклассницей и родителей слушалась. Тёплое бельё, так тёплое бельё, матрасик так матрасик.
Вот мы наконец остановились, разложились, костёр развели, дежурные девочки готовят чего-то. А моя очередь – посуду мыть, но это ещё не скоро. Надуваю матрасик и удобненько на нём располагаюсь. Внимания на меня никто не обращает, однокашники все заняты чем-то… Я некоторое время смотрю на костёр, на суету, и как то незаметно засыпаю.
Просыпаюсь от холода. Лежу на земле. Матрасик сдут. Увидев, что я проснулась, группа ребят начинает довольно ржать. Андрюха, вечно устраивающий мне пакости (по-моему, неравнодушен был, хотя кто его знает), увидев, что я сплю, подошёл и тихонько из матраса пимпочку вытянул. А я и не заметила, и на сдутом матрасике ещё пол часа продрыхла. Им то хихоньки, а я, напуганная мамками да няньками, и чувствуя неприятный холод внизу живота, полезла на Андрюху с кулаками. Он со смехом от меня убегает, все вокруг ржу ... неудобно стало. Надо было срочно превращать всё в шутку, что я и попыталсь косолапо слегка сделать, натуженно посмеявшись вместе с остальными. Ладно, проехали.
А в Понедельник стоим мы у кабинета географии и ждём, когда двери откроются и нас, наконец, на урок запустят. Все со смехом вспоминают поход, промокшие от дождя палатки, лужи под спальниками и прочие прелести. А заодно и матрасик припомнили. Юлька, которая в поход не пошла, интересуется у меня, что же это за история с надувным матрасом, о которой все говорят. А во мне всё ещё обида кипит, и громко, возбуждённо размахивая руками, начинаю я повествовать о наглом коварстве злостного Андрюхи. Тут дверь в кабинет открывается и появляется учительница географии, она же завуч. Всей истории она не слышит, но ловит последнюю (не очень, по причине возбуждённости рассказчика, грамотно построенную) фразу:
"А после того, как он меня спустил, я ещё пол часа на нём лежала!"
Географиня багровеет, хватает меня за локоть и волокёт в свой кабинет. А я понятия не имею, чего она вдруг разошлась. Может, думаю, прошлые грехи какие? В кабинете завучиха грозится вызвать родителей, показать мне кузькину мать и сниспослать на мою голову все страшные кары, ей посильные. А я сижу и, видит Бог, ничего не понимаю. Пытаюсь робко выяснить, что же я такое страшное наделала. Тут она мне объясняет, что если я веду аморальный образ жизни и сплю с кем попало, то по крайней мере я не должна это разглашать налево и направо и соблазнять невинных одноклассниц на путь греха. И опять угрозы про родителей, неуд по поведению, плохую характеристику и т.п. И вот верите ли: я всё равно ничего не понимаю. С кем я сплю? Да я ни с кем не сплю, я невинная ваще в свои 16 лет, чего она несёт, кто ей эту ерунду про меня наговорил?
Тут географиня останавливается, смотрит на меня, начинает медленно понимать, что что-то не так, и повторяет мне фразу, только что услышанную в коридоре. Что ОН, дескать, меня спустил, а я ещё после этого пол часа на НЁМ лежала.
Может, кому и смешно, а мне тогда не смешно было. Рассказываю про матрасик. Уверяю, что невинна как Дева Мария. Вы думаете, она рассмеялась? Ну да, она только что себя такой идиоткой выставила, что ей теперь делать? Короче, с каменным лицом она мне говорит, что нужно следить за речью и не нести охинею громким голосом в коридоре. И отпускает. Мы обе на 15 минут опаздываем на урок географии.
А над этой историей вся школа ржала ещё месяц наверное.
Вот мы наконец остановились, разложились, костёр развели, дежурные девочки готовят чего-то. А моя очередь – посуду мыть, но это ещё не скоро. Надуваю матрасик и удобненько на нём располагаюсь. Внимания на меня никто не обращает, однокашники все заняты чем-то… Я некоторое время смотрю на костёр, на суету, и как то незаметно засыпаю.
Просыпаюсь от холода. Лежу на земле. Матрасик сдут. Увидев, что я проснулась, группа ребят начинает довольно ржать. Андрюха, вечно устраивающий мне пакости (по-моему, неравнодушен был, хотя кто его знает), увидев, что я сплю, подошёл и тихонько из матраса пимпочку вытянул. А я и не заметила, и на сдутом матрасике ещё пол часа продрыхла. Им то хихоньки, а я, напуганная мамками да няньками, и чувствуя неприятный холод внизу живота, полезла на Андрюху с кулаками. Он со смехом от меня убегает, все вокруг ржу ... неудобно стало. Надо было срочно превращать всё в шутку, что я и попыталсь косолапо слегка сделать, натуженно посмеявшись вместе с остальными. Ладно, проехали.
А в Понедельник стоим мы у кабинета географии и ждём, когда двери откроются и нас, наконец, на урок запустят. Все со смехом вспоминают поход, промокшие от дождя палатки, лужи под спальниками и прочие прелести. А заодно и матрасик припомнили. Юлька, которая в поход не пошла, интересуется у меня, что же это за история с надувным матрасом, о которой все говорят. А во мне всё ещё обида кипит, и громко, возбуждённо размахивая руками, начинаю я повествовать о наглом коварстве злостного Андрюхи. Тут дверь в кабинет открывается и появляется учительница географии, она же завуч. Всей истории она не слышит, но ловит последнюю (не очень, по причине возбуждённости рассказчика, грамотно построенную) фразу:
"А после того, как он меня спустил, я ещё пол часа на нём лежала!"
Географиня багровеет, хватает меня за локоть и волокёт в свой кабинет. А я понятия не имею, чего она вдруг разошлась. Может, думаю, прошлые грехи какие? В кабинете завучиха грозится вызвать родителей, показать мне кузькину мать и сниспослать на мою голову все страшные кары, ей посильные. А я сижу и, видит Бог, ничего не понимаю. Пытаюсь робко выяснить, что же я такое страшное наделала. Тут она мне объясняет, что если я веду аморальный образ жизни и сплю с кем попало, то по крайней мере я не должна это разглашать налево и направо и соблазнять невинных одноклассниц на путь греха. И опять угрозы про родителей, неуд по поведению, плохую характеристику и т.п. И вот верите ли: я всё равно ничего не понимаю. С кем я сплю? Да я ни с кем не сплю, я невинная ваще в свои 16 лет, чего она несёт, кто ей эту ерунду про меня наговорил?
Тут географиня останавливается, смотрит на меня, начинает медленно понимать, что что-то не так, и повторяет мне фразу, только что услышанную в коридоре. Что ОН, дескать, меня спустил, а я ещё после этого пол часа на НЁМ лежала.
Может, кому и смешно, а мне тогда не смешно было. Рассказываю про матрасик. Уверяю, что невинна как Дева Мария. Вы думаете, она рассмеялась? Ну да, она только что себя такой идиоткой выставила, что ей теперь делать? Короче, с каменным лицом она мне говорит, что нужно следить за речью и не нести охинею громким голосом в коридоре. И отпускает. Мы обе на 15 минут опаздываем на урок географии.
А над этой историей вся школа ржала ещё месяц наверное.
