Няня. Часть I.

[azbukivedi]

Некоторые истории не надо “писать”. Они пишутся сами – сиди и записывай. Живёт у нас няня: сначала старшего сына мне высмотрела, теперь с младшим сидит. Скромная трудолюбивая женщина из маленькой украинской деревни. Типичная деревенская бабуля в платочке, как на иллюстрации к русской народной сказке. Она репку дедке помогала тащить, она же плакала когда мышка яичко золотое разбила, от неё посуда немытая ушла и колобок убежал, да и мальчик с пальчик тоже. И вот эта ходячая картинка из книжки сказок, эдакая ожившая Арина Родионовна, гуляет с моим малышом по дорогому району пригородного Бостона, абсолютно выбиваясь из пейзажа и контекста. Да она и сама это понимает. Если бы Оле в молодости сказали, что старость ей суждено провести в Америке, думаю она долго бы смеялась. А вот ведь… неисповедимы пути.

Родилась Оля в 1929-м году, четвёртая из пятерых детей скромного украинского крестьянина. Старшая дочь - любимица и опора матери, красавица. Потом шли два сына-сорванца, потом Оля, а потом младшая сестра, Надя, с детства поражавшая всех недюжинным умом и цепкой памятью.
Когда Оле было 4, а Наде полтора годика, старшая сестра, которой тогда было 16, пошла гулять по деревне с подружками. Было лето, девушки ходили босиком, и сестра наступила на ржавый гвоздь. Заражение крови и смерть в течение недели. Тогда это не лечили… Мать слегла и больше не вставала. Девочки, совсем маленькие ещё, пытались мать поднять, развеселить, в игры вовлечь; младшая просто плакала, не понимая, отчего мама не хочет с ней играть. А мама гасла на глазах и умерла в течении нескольких месяцев. Остался отец один с четырьмя детьми – мал, мала, меньше. Помыкался, помыкался, а как в деревне с детьми без жены? Уже немолодого вдовца с четырьмя малышами никто не хотел. И взял он себе в жёны тоже вдову. Она вышла замуж за богатого, по деревенским понятиям, мужика, а того почти сразу раскулачили да в Сибирь сослали, где он и умер. А её из собственного дома выгнали. Так она и мыкалась по родственникам, никто её брать не хотел – вдова кулака с волчьим билетом. А Олиному отцу терять было нечего – не пропадать же детям, пока он в поле…

Мачехой новая жена оказалась замечательной, детей приняла, как своих. И жили бы они долго и счастливо, но тут на Украину пришёл голод. Рассказы Оли о том, как они пухли от голода, ели траву и делились крошечными кусочками хлеба без слёз слушать не возможно. Выжили только благодаря братьям мачехи – те работали где-то в райцентре на новую влась, и периодечески помогали с продуктами – были очень благодарны Олиному отцу за то, что сестру их не побоялся в жёны взять. Да ещё помогал талант младшей сестры: она годков уже в 5-6 знала наизусть невероятное количество стихов и поэм, да к тому же прекрасно их декламировала. Развлечений на деревне мало, тем более в холодные зимние вечера, и маленькую Надю частенько приглашали в соседские дома – стишки почитать. А там, глядишь, и кусочек хлеба или даже сала перепадёт за труды. “Учиться Надьке надо,” – говорили на деревне, “с такой-то головой.”

- Ну и как, Оля, выучилась Надя?
- Да что ты, Света, война пришла, когда она в школе была, немцы были в деревне, школу почти на четыре года закрыли, а после войны не до того было, работать надо было, кормиться, да и поздно уже… Замуж её выдали, детей нарожала, так и не выучилась Надя.
- А сейчас она где?
- Как где? В деревне. На пенсии. Всю жизнь в колхозе проработала. Вяжет очень хорошо, вещи вяжет и продаёт, для приработка. Внукам помогает. И память до сих пор – ого-го. Целые поэмы помнит. А ведь даже средней школы не закончила…
- А братья где?
- Эх, братья…
Дальше Оля говорить не может. Её душат слёзы.
В деревню пришла Война.

Продолжение следует.