Свой среди чужих.
Jul. 19th, 2004 06:55 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
azbukivediПоследний раз я видела Москву в 1990м году – когда уезжала. Не знаю почему, но не тянет меня туда. Отпуск ограничен, средства тоже – раз в сто лет куда-нибудь выберешься, так уж хочется посмотреть на что-то, чего ещё не видела. Я не зарекаюсь – может, и приеду когда. Но не скоро…
Люди приходят к эмиграции разными путями. Я за долгие годы житья в зарубежье наслушалась всяческих историй о причинах отъезда и процессе ассимиляции, но пока не слышала ни одной, похожей на мою. Не ситуационно похожей, а психологически, эмоционально близкой. Хотя, может, напишу тут, и услышу родственные истории… Впрочем, по порядку.
С моим городом у меня всегда были сложные отношения. Сколько помню себя, хотела уехать. Нет, это я вру, не сколько помню себя, а класса так с восьмого. Ходила по улицам и чувствовала: не моё. Как мужик, уверяющий, что он на самом деле баба, просто не в том теле родился. Не то, чтобы я Москву не любила, просто НЕ любила. Не мой город. А какой твой? А кто его знает? В Москве родилась, выросла, в школу ходила, другие города только мельком навещала, и нигде дома себя не чувствовала. И всё твердила: уеду. Родители диву давались: откуда? Я им все мозги промыла: уедем из этой страны, это не мой дом. Не была религиозна, не была сионисткой, никакими идеями не питалась, просто чувтвовала себя в гостях. И даже объяснить не могла. Мама только головой качала: переходный возраст у девочки, чего несёт…
А потом на первом курсе за мной ухаживали два парня. До дома провожали и друг друга "пересиживали": ни один не уходил пока другой не уйдёт. Один тоже уехать хотел, а другой – нет. И я вдруг поняла, что с тем, который уезжать не собирается, я даже начинать ничего не хочу, потому как не буду тут жить. Так и сказала ему. За что меня много в чём обвинили. Но я знала: в шалаш с милым – пожалуйста, но только не в этой стране. Я ездила на общественном транспорте, смотрела на лица и думала: "Ну почему я тут живу? Чужие все…" И как только 18 исполнилось – подала на выезд. И опять много чего наслушалась. Ото всех, кому не лень. Там ещё много чего было, я даже замуж успела выскочить, но я это пока всё за скобками оставлю. Не о том речь.
В 19 лет прибыла в Бостон. Первые месяцы не помню, а как слегка очухалась, так вдруг поняла: я приехала. Дома я. Всё во мне вдруг успокоилось и смирилось. Так и маме написала: вот она, моя страна. Никакой ломки, никаких болей врастания, никаких внутренних конфликтов. Как будто я просто уехала ненадолго, в прошлой жизни, а в этой вернулась. И даже английский абсорбировала, как губка, абсолютно безболезненно и быстро.
Однажды проснулась в 5 утра со стихотворением в голове. И побежала записывать. Первый и последний раз в жизни, кстати. А потом опять уснула. Проснулась снова в 10 утра, ничего не помню. Случайно зашла в кабинет, а не столе – стихотворение. Показала родичам. Фи, сказали они. Не склоняется, не спрягается, язык корявый, не поэт ты, Светка. Не, не поэт. Мягко говоря. Заранее прошу прощения. Только прозой лучше не скажу:
Чувство Родины было чужое,
И не звалось вовеки Москвой.
Было стыдно – мой город любили,
Возвращались, вживались, входили,
Мне ж казался он серый и злой.
Он воспет был поэзией, прозой,
Гладиолусил, в Марте – мимозил,
Коченел, и потел от жары.
Но меня не считал он своею,
И я знала – чем дальше взрослею,
Тем мне ближе другие миры.
От Америки ждали свободы,
Денег, дом, и объездить весь свет…
Но всё как-то вдруг стало непросто,
В Сан-Франциско - хочу снова в Бостон,
И в Чикаго покоя мне нет.
Снова здесь. Что сюда меня тянет,
Почему вдруг уверена я,
Что теперь, как бы стало не просто,
Не хочу покидать город Бостон.
В двадцать лет – и "родные края"?
В новой родине что так любимо,
Что пришло вдруг в мои двадцать лет?
Я пошла побродить не по делу,
Я вливалась в толпу и балдела,
И ненужным казался ответ.
Мне дышалось, смеялось, свистелось,
Переполнило счастьем минут.
Первый город, где в окна гляделось,
Где всё время, без слуха, но пелось,
Первый город, в котором я – тут.
Вот и весь стих. И вся история. Я дома. Бостон, я люблю тебя. И надеюсь,что это взаимно.
Люди приходят к эмиграции разными путями. Я за долгие годы житья в зарубежье наслушалась всяческих историй о причинах отъезда и процессе ассимиляции, но пока не слышала ни одной, похожей на мою. Не ситуационно похожей, а психологически, эмоционально близкой. Хотя, может, напишу тут, и услышу родственные истории… Впрочем, по порядку.
С моим городом у меня всегда были сложные отношения. Сколько помню себя, хотела уехать. Нет, это я вру, не сколько помню себя, а класса так с восьмого. Ходила по улицам и чувствовала: не моё. Как мужик, уверяющий, что он на самом деле баба, просто не в том теле родился. Не то, чтобы я Москву не любила, просто НЕ любила. Не мой город. А какой твой? А кто его знает? В Москве родилась, выросла, в школу ходила, другие города только мельком навещала, и нигде дома себя не чувствовала. И всё твердила: уеду. Родители диву давались: откуда? Я им все мозги промыла: уедем из этой страны, это не мой дом. Не была религиозна, не была сионисткой, никакими идеями не питалась, просто чувтвовала себя в гостях. И даже объяснить не могла. Мама только головой качала: переходный возраст у девочки, чего несёт…
А потом на первом курсе за мной ухаживали два парня. До дома провожали и друг друга "пересиживали": ни один не уходил пока другой не уйдёт. Один тоже уехать хотел, а другой – нет. И я вдруг поняла, что с тем, который уезжать не собирается, я даже начинать ничего не хочу, потому как не буду тут жить. Так и сказала ему. За что меня много в чём обвинили. Но я знала: в шалаш с милым – пожалуйста, но только не в этой стране. Я ездила на общественном транспорте, смотрела на лица и думала: "Ну почему я тут живу? Чужие все…" И как только 18 исполнилось – подала на выезд. И опять много чего наслушалась. Ото всех, кому не лень. Там ещё много чего было, я даже замуж успела выскочить, но я это пока всё за скобками оставлю. Не о том речь.
В 19 лет прибыла в Бостон. Первые месяцы не помню, а как слегка очухалась, так вдруг поняла: я приехала. Дома я. Всё во мне вдруг успокоилось и смирилось. Так и маме написала: вот она, моя страна. Никакой ломки, никаких болей врастания, никаких внутренних конфликтов. Как будто я просто уехала ненадолго, в прошлой жизни, а в этой вернулась. И даже английский абсорбировала, как губка, абсолютно безболезненно и быстро.
Однажды проснулась в 5 утра со стихотворением в голове. И побежала записывать. Первый и последний раз в жизни, кстати. А потом опять уснула. Проснулась снова в 10 утра, ничего не помню. Случайно зашла в кабинет, а не столе – стихотворение. Показала родичам. Фи, сказали они. Не склоняется, не спрягается, язык корявый, не поэт ты, Светка. Не, не поэт. Мягко говоря. Заранее прошу прощения. Только прозой лучше не скажу:
Чувство Родины было чужое,
И не звалось вовеки Москвой.
Было стыдно – мой город любили,
Возвращались, вживались, входили,
Мне ж казался он серый и злой.
Он воспет был поэзией, прозой,
Гладиолусил, в Марте – мимозил,
Коченел, и потел от жары.
Но меня не считал он своею,
И я знала – чем дальше взрослею,
Тем мне ближе другие миры.
От Америки ждали свободы,
Денег, дом, и объездить весь свет…
Но всё как-то вдруг стало непросто,
В Сан-Франциско - хочу снова в Бостон,
И в Чикаго покоя мне нет.
Снова здесь. Что сюда меня тянет,
Почему вдруг уверена я,
Что теперь, как бы стало не просто,
Не хочу покидать город Бостон.
В двадцать лет – и "родные края"?
В новой родине что так любимо,
Что пришло вдруг в мои двадцать лет?
Я пошла побродить не по делу,
Я вливалась в толпу и балдела,
И ненужным казался ответ.
Мне дышалось, смеялось, свистелось,
Переполнило счастьем минут.
Первый город, где в окна гляделось,
Где всё время, без слуха, но пелось,
Первый город, в котором я – тут.
Вот и весь стих. И вся история. Я дома. Бостон, я люблю тебя. И надеюсь,что это взаимно.
