Смешаный брак.
Aug. 19th, 2004 06:30 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
azbukivediПару лет назад о них писали во всех газетах, а теперь всё затихло. Иногда я вижу их на улице: всех четверых, идущих в Синагогу в Пятницу вечером, или только одного-двух детей, играющих на площадке, и ужасно хочется поинтересоваться, спросить как они, узнать чем дело кончилось, но они меня не знают, да хоть и знали бы – зачем лезть людям в душу?
Живёт в Шэроне женщина, ортодоксальная еврейка, мать-одиночка, воспитывает троих детей. Городок наш небольшой, и знают её многие, особенно после судебного процесса, описанного всеми уважающими себя газетами штата. Если не знать предыстории, отличить эту семью от других невозможно – евреев вообще и ортодоксов в частности в Шэроне пруд пруди. Миловидная женщина, трое симпатичных, быстро подростающих деток, ничего особенного. То, что дети в результате всех пертрубаций остались нормальными, заслуга, безусловно, матери. И общины – очень крепкая в нашем городе община. Впрочем, какими они вырастут после всего, что им выпало, остаётся увидеть.
Когда-то лет 15 назад симпатичная еврейская девушка познакомилась в колледже с не менее симпатичным молодым человеком из протестантской семьи. Обе семьи были в меру либеральны, а уж дети и того либеральнее. Религия интересовала их мало, “смешаных” пар вокруг было пруд пруди, родители против союза не возражали. Каким там богам молились их предки молодых не трогало. Ребята повстречались некоторое время, решили, что любят друг друга, и побежали жениться. В мэрию, религиозных браков нам не надо. А потом они несколько лет очень неплохо жили, и троих детей народили. Я, честно говоря, не помню, что произошло раньше, раскол в их отношениях или уход одного из них, а то и обоих, в религию. События эти были близки по времени и взаимосвязаны. Только в итоге муж стал ярым христианином, born again Christian, начал ходить в баптистскую церковь. А жена перешла в ортодоксальный иудаизм, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Супруги развелись, разъехались, дети, как водится, остались с матерью.
А дальше начался кошмар. Каждые выходные приезжал отец, забирал своих еврейских, ортодоксальных, в кипах и с пейсами, детей и увозил к себе домой, где в течение двух дней рассказывал малышам об Иисусе Христе, баптизме, Новом Завете, а заодно обещал, что гореть они будут в гиенне огненной ежели учение Христа-спасителя не примут. А в Понедельник – обратно к маме, кошерной еде, Торе, иудаизму. Отец у ребят был примерный, не курил, не пил, деньги исправно платил, детей любил (по-своему, естественно) и придраться к нему было невозможно. А с детьми творилось можете-угадать-что: истерики, неврозы, ночные кошмары. Дети, как известно, народ впечатлительный, а описания ада у папаши получались хорошо. Даже слишком. Кому верить? За кем идти? Перепуганная мать бросилась в суд. Нет, она не пыталась отнять у бывшего мужа право видется с детьми. Она просто хотела, чтобы за визитами кто-нибудь наблюдал и не давал отцу проповедовать христианство и пугать малышей адом и медленным поджариванием на сковородке.
И тут начался цирк. Такого случая у нас в штате ещё не было. Противники смешанных браков естественно завопили “I told you so!” Еврейские (и, подозреваю, христианские) родители тыкали своих слишком оторвавшихся от религии и традиций деток носом в статьи об этом процессе. Газеты наперебой обсуждали, кто прав, кто виноват. Мать хочет здоровья и душевного покоя для своих детей – что ж тут не понять? С другой стороны, кто отнимал у отца конституционное право говорить с детьми о своей вере, центральной в его жизни? Опять же, претензий к отцу, кроме миссионерства, не было никаких. Все судебные перепитии прошли мимо меня – не понимаю я в этом ничего. У меня много читателей-адвокатов, может они помнят/знают этот случай, всего-то пару лет прошло. Это их стихия, не моя. Я только помню, что мать в итоге выиграла: к отцу приставили наблюдателя и запретили плохо говорить об иудаизме или проповедовать христианство. Он аппелировал, причём не раз, но каждый раз проигрывал. Очевидно, суд решил встать на защиту детей: кто бы ни был прав в этой истории, детям с матерью жить, в её общине, а рассказы отца подрывали их душевное здоровье, не говоря уже о психике.
После решения судьи, истории об этой семье из газет исчезли. Дети подросли, хорошо выглядят, хорошо учатся. Хочется надеяться, что все их проблемы позади и по ночам они спят спокойно. Я вижу их бегущими в школу, идущими в Синагогу… Я спрашиваю себя: а можно ли было их трагедию предотвратить? Не уверена.
Живёт в Шэроне женщина, ортодоксальная еврейка, мать-одиночка, воспитывает троих детей. Городок наш небольшой, и знают её многие, особенно после судебного процесса, описанного всеми уважающими себя газетами штата. Если не знать предыстории, отличить эту семью от других невозможно – евреев вообще и ортодоксов в частности в Шэроне пруд пруди. Миловидная женщина, трое симпатичных, быстро подростающих деток, ничего особенного. То, что дети в результате всех пертрубаций остались нормальными, заслуга, безусловно, матери. И общины – очень крепкая в нашем городе община. Впрочем, какими они вырастут после всего, что им выпало, остаётся увидеть.
Когда-то лет 15 назад симпатичная еврейская девушка познакомилась в колледже с не менее симпатичным молодым человеком из протестантской семьи. Обе семьи были в меру либеральны, а уж дети и того либеральнее. Религия интересовала их мало, “смешаных” пар вокруг было пруд пруди, родители против союза не возражали. Каким там богам молились их предки молодых не трогало. Ребята повстречались некоторое время, решили, что любят друг друга, и побежали жениться. В мэрию, религиозных браков нам не надо. А потом они несколько лет очень неплохо жили, и троих детей народили. Я, честно говоря, не помню, что произошло раньше, раскол в их отношениях или уход одного из них, а то и обоих, в религию. События эти были близки по времени и взаимосвязаны. Только в итоге муж стал ярым христианином, born again Christian, начал ходить в баптистскую церковь. А жена перешла в ортодоксальный иудаизм, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Супруги развелись, разъехались, дети, как водится, остались с матерью.
А дальше начался кошмар. Каждые выходные приезжал отец, забирал своих еврейских, ортодоксальных, в кипах и с пейсами, детей и увозил к себе домой, где в течение двух дней рассказывал малышам об Иисусе Христе, баптизме, Новом Завете, а заодно обещал, что гореть они будут в гиенне огненной ежели учение Христа-спасителя не примут. А в Понедельник – обратно к маме, кошерной еде, Торе, иудаизму. Отец у ребят был примерный, не курил, не пил, деньги исправно платил, детей любил (по-своему, естественно) и придраться к нему было невозможно. А с детьми творилось можете-угадать-что: истерики, неврозы, ночные кошмары. Дети, как известно, народ впечатлительный, а описания ада у папаши получались хорошо. Даже слишком. Кому верить? За кем идти? Перепуганная мать бросилась в суд. Нет, она не пыталась отнять у бывшего мужа право видется с детьми. Она просто хотела, чтобы за визитами кто-нибудь наблюдал и не давал отцу проповедовать христианство и пугать малышей адом и медленным поджариванием на сковородке.
И тут начался цирк. Такого случая у нас в штате ещё не было. Противники смешанных браков естественно завопили “I told you so!” Еврейские (и, подозреваю, христианские) родители тыкали своих слишком оторвавшихся от религии и традиций деток носом в статьи об этом процессе. Газеты наперебой обсуждали, кто прав, кто виноват. Мать хочет здоровья и душевного покоя для своих детей – что ж тут не понять? С другой стороны, кто отнимал у отца конституционное право говорить с детьми о своей вере, центральной в его жизни? Опять же, претензий к отцу, кроме миссионерства, не было никаких. Все судебные перепитии прошли мимо меня – не понимаю я в этом ничего. У меня много читателей-адвокатов, может они помнят/знают этот случай, всего-то пару лет прошло. Это их стихия, не моя. Я только помню, что мать в итоге выиграла: к отцу приставили наблюдателя и запретили плохо говорить об иудаизме или проповедовать христианство. Он аппелировал, причём не раз, но каждый раз проигрывал. Очевидно, суд решил встать на защиту детей: кто бы ни был прав в этой истории, детям с матерью жить, в её общине, а рассказы отца подрывали их душевное здоровье, не говоря уже о психике.
После решения судьи, истории об этой семье из газет исчезли. Дети подросли, хорошо выглядят, хорошо учатся. Хочется надеяться, что все их проблемы позади и по ночам они спят спокойно. Я вижу их бегущими в школу, идущими в Синагогу… Я спрашиваю себя: а можно ли было их трагедию предотвратить? Не уверена.
